За годы работы Designer.kz я заметил одну любопытную закономерность. «Много букв» порой сопровождают проекты, в которых не так уж много интересного
И наоборот: за действительно сильной работой может стоять насыщенная событиями история, но её автор ограничивается несколькими предложениями, а иногда и вовсе обходится без них…
Возможно, всё дело в том, что создавать и умение рассказывать о созданном — два разных таланта? Многим почему-то кажется, что результат должен говорить сам за себя.
Особенно часто я замечаю это у рекламщиков. Команда представляет крутой ролик, публикует его в социалках, а в описании — название проекта и команда: режиссёр, оператор, продюсер, арт-директор, копирайтер, …, кейтеринг. Всё.
А где сама история? Как родилась идея? Что не получалось? От чего пришлось отказаться? Какое решение оказалось неожиданным даже для самих креативщиков?
За динамичным минутным рилсом могут стоять недели работы, десятки отвергнутых идей, профессиональные споры и совершенно непредсказуемые обстоятельства. Но зритель видит только финальный результат.
И это, на мой взгляд, упущенная возможность.
Самое интересное часто остаётся за кадром
Публикацию архитектурного или дизайнерского проекта принято воспринимать как… часть профессионального портфолио. Красивые фотографии, материалы, перечень брендов, квадратура, иногда абстрактный портрет заказчика: «молодая семья с собакой и фикусом, для которой мы создали интерьер/загородный дом мечты». Я немного утрирую, но редакторы интерьерных изданий наверняка узнают этот тип описания.
Всё это, разумеется, имеет значение. Но нам с подпищеком читателем гораздо интереснее узнать, что происходило между первоначальным замыслом и финальной фотосессией (хотя и на съемках бывает интересно).
В кулуарах ивентов архитекторы и дизайнеры нередко рассказывают «офигительные истории». О том, как инвестор существенно изменил первоначальную концепцию. Как заказчик настоял на решении, с которым автор был категорически не согласен. Как ошибка подрядчика заставила искать совершенно новый выход. Как проект, который на фотографиях выглядит безупречным, в какой-то момент оказался на грани провала, а наш герой сумел со всем этим справиться.
Вот же она, настоящая история! Почему об этом нет ни слова в описании проекта? Но ответ, как правило, вполне понятен.
Не всё, о чём интересно рассказать, можно публиковать
У архитекторов и дизайнеров есть веские причины не выносить на публику внутреннюю кухню проекта — и дело не только в NDA. Никому не хочется выглядеть косячником неидеальным исполнителем, а рассказ о конфликте с заказчиком может обернуться испорченными отношениями и репутационными последствиями.
Поэтому один из моих главных редакторских принципов — НЕ НАВРЕДИ
Мы не ищем скандалов ради скандалов (хотя, судя по Threads, людям это нравится). Но ведь можно рассказать о сложной задаче, не обвиняя заказчика. Показать поиск решения, не вынося сор из избы. Поделиться ошибкой и способом её исправления, не превращая публикацию в самобичевание.
Именно поэтому в заявке на публикацию проекта мы даже просим дизайнеров рассказывать о сложностях. Нас интересует не столько проблема, сколько то, как человек сумел её решить.
Профессионализм, это не отсутствие ошибок
Еще недавно страх показаться несовершенным был особенно силён. Публикация должна была демонстрировать безупречный результат, за которым стоит столь же безупречный профессионал. Но сегодня я всё чаще думаю, что именно несовершенства делают истории по-настоящему интересными.
Мы живём в мире, где искусственного становится всё больше. ИИ создаёт вкусные картинки, искусственный камень имитирует природный, ламинат притворяется деревом, а «ботанически точные копии растений» украшают дизайнерские интерьеры.
И на этом фоне мне всё больше хочется видеть НАСТОЯЩИХ людей.
Когда дизайнер Анна Бурмистрова рассказывала о проекте для Freedom мне запомнилась небольшая подробность, которую легко можно было бы исключить из описания.
«Мы промахнулись с высотой барных столов, но вовремя это заметили и мебельщикам удалось укоротить ножки „болгаркой“ на месте», — вспоминает Анна.
Казалось бы, зачем рассказывать о таком? Можно было просто показать готовый интерьер, идеальные фотографии Ильи Давидовича, со вкусом расставленную мебель…
Но именно такие изюминки делают историю живой. За безупречной фотографией вдруг обнаруживается реальный рабочий процесс, в котором люди ошибаются, замечают ошибки и находят решения.
Эта короткая история с «болгаркой» говорит о работе команды больше, чем несколько абзацев о гармонии материалов и тщательно продуманной эргономике. Разумеется, ошибки бывают разными, но способность признавать трудности и находить решения — важная часть профессиональной зрелости.
В мире всё более совершенных изображений именно человеческое несовершенство становится одной из самых убедительных форм подлинности
Пусть искусствоведы меня поправят, но появление фотографии изменило… живопись. Когда копирование реальности стало монополией фотографов, живописцы нашли новые формы выражения. Пикассо, Кандинский, Малевич — каждый по-своему показал, что художественная правда не обязательно заключается в точности изображения.
И сегодня мы снова начинаем особенно ценить то, что невозможно свести к красивой картинке: человеческий опыт, сомнения, ошибки и поиски решений.
Редакция — не альбом для фотографий
Есть и другая сторона этой проблемы — отношения авторов с профессиональными медиа.
Иногда дизайнер или его пиарщик готовит универсальный текст, загружает фотографии в облако (хорошо, если не забывает открыть доступ) и рассылает ссылку по редакциям. А дополнительные вопросы журналиста воспринимаются как работа после работы.
Любопытно, что авторы с опытом публикаций в зарубежных профессиональных СМИ, как правило, гораздо спокойнее относятся к редакторским требованиям. Они понимают, что уточнения — не бюрократия, а часть работы над качественным материалом.
Ведь редакция хочет разобраться, что делает проект интересным. И иногда для этого приходится задавать вопросы, которые автор никогда бы не включил в собственную презентацию.
Мне интереснее бекстейдж
Признаюсь, бекстейдж рекламного ролика иногда интереснее мне самого ролика. И я рад, что есть агентства, которые уделяют этому жанру внимание (обожаю бекстейджи Sintez Studio). За идеально смонтированным результатом обнаруживаются люди: их труд, споры, профессиональное упрямство и бесконечные кружки кофе.
То же самое относится к архитектуре и интерьеру. Фотография показывает пространство таким, каким его задумал автор, но почти ничего не рассказывает о пути к результату. А ведь именно этот путь и превращает публикацию в историю, которую хочется дочитать, запомнить и переслать другу.
Почему мы называемся Designer.kz
Если бы меня попросили дать один совет архитекторам и дизайнерам, которые хотят рассказать о своей работе, я бы сказал: рассказывайте больше историй. Делитесь сомнениями, поисками и решениями. Показывайте своё лицо. Не бойтесь признаться, что не всё получилось с первого раза.
Творец часто оказывается один в поле воин: в неравной борьбе с обстоятельствами, ограничениями бюджета, несовершенством материального мира, требованиями заказчика. А иногда — и с самим собой.
Я вовсе не хочу сказать, что заказчики — наши враги. И вполне возможно, что именно их требования порой заставляют автора находить удивительно творческие решения… Но отношения между заказчиком и дизайнером не всегда бывают простыми. И за каждой красивой картинкой может стоять гораздо больше усилий, чем принято показывать.
Мне хочется, чтобы профессиональные медиа умели говорить об этом. Чтобы они не только демонстрировали результаты, но и помогали читателю увидеть за проектами людей. Их характеры, опыт, труд, ошибки, настойчивость и талант.
Ведь когда-то мы назвали наше издание именно Designer.kz. И если бы мне понадобилось совсем коротко объяснить, на чьей мы стороне, я бы сказал каждому дизайнеру:
Ты не один. Мы на твоей стороне
